Берём чужой код
Пилот, написанный другой командой или внутри вашей — обычный случай. Первое, что делаем, — разбираемся, что там уже есть, а не предлагаем переписать с нуля.
Находим, что именно мешает: данные из боевых систем, качество на живом потоке, нагрузка, доступы или отсутствие правил. Убираем блокеры и доводим до промышленной эксплуатации — с чужим кодом тоже, это обычный случай.
Аудит пилота — от 200 000 ₽, 1–2 неделиЗачитывается в доработкуРаботаем по NDA
Логотипов и «80% пилотов после нашего аудита запускаются» здесь не будет: такая цифра измеряет, кого мы взяли в работу, а не то, что мы умеем.
Пилот, написанный другой командой или внутри вашей — обычный случай. Первое, что делаем, — разбираемся, что там уже есть, а не предлагаем переписать с нуля.
Аудит заканчивается списком блокеров с оценкой каждого. Может выясниться, что мешает не модель, а отсутствие письменного критерия приёмки — и это дешевле починить.
Иногда доработка стоит дороже разработки заново. Мы называем оба варианта с ценой, а решение остаётся за вами.
Работаем на вашем оборудовании, с вашими данными. Копий у себя не оставляем, код и модель передаются по акту.
Шесть причин, которые встречаются чаще всего. Обратите внимание: только одна из них про качество модели.
Модель работала на выгруженном файле, а в бою данные приходят грязнее, позже и в другом формате. Первое же подключение к живой системе ломает качество.
На отобранных примерах точность высокая, на реальном потоке — нет. Контрольной выборки, которую не трогали, не существует.
На одном пользователе отвечает за секунду, на тридцати — за минуту. Видеокарта занята одним запросом, очереди нет.
Модель тихо деградирует: реальность изменилась, а метрику никто не смотрит. Замечают через полгода по жалобам.
Не обучены, не доверяют, или система стоит сбоку от их рабочего процесса и требует лишних действий.
Служба безопасности не согласовала, ролевой модели нет, журнала действий нет. Формально запускать нечего.
Пройдитесь по списку до того, как звать подрядчика. Если отмечаете больше трёх пунктов — дело почти наверняка не в модели.
Пять переходов между прототипом и рабочей системой. Красным отмечены те, на которых останавливаются чаще всего.
Что именно понадобится — становится ясно после аудита. Список блокеров вы получаете на руки с оценкой каждого.
Разбираем код, модель, данные и инфраструктуру. На выходе список блокеров с оценкой: что чинится за неделю, а что требует переработки.
Убираем ручные выгрузки: система получает данные из 1С, CRM или ERP напрямую, с обработкой опозданий и пропусков.
Переобучение на данных из боя, работа с редкими случаями, честный замер на контрольной выборке, которую не трогали.
Очередь запросов, батчинг, кэш, подбор конфигурации железа под реальное число пользователей.
Отслеживаем не только доступность, но и распределение входных данных и долю спорных ответов. Отклонение приходит сигналом.
Что система делает сама, что отдаёт человеку, кто что видит. Ролевая модель и журнал действий.
Инструкции по ролям, порядок действий при ошибке модели, обучение на ваших задачах.
Первые недели самые опасные: разбираем инциденты, дообучаем, доводим до устойчивой работы.
Каждый этап закрывается актом. Остановиться можно после аудита — список блокеров останется у вас и с ним можно идти к любому подрядчику.
Читаем код, смотрим данные и инфраструктуру, разговариваем с теми, кто пилот делал и кто им будет пользоваться. На выходе — список блокеров с ценой каждого.
Согласуем целевую метрику и порог приёмки, архитектуру, интеграции и очерёдность. Здесь же честно говорим, если дешевле переписать.
Подключаем боевые данные, чиним качество и нагрузку, настраиваем права и журнал. Показываем сборку каждую неделю.
Ограниченная группа пользователей, реальные данные, сбор замечаний. Спорные случаи уходят человеку.
Приёмка по протоколу, регламент, обучение. Первые недели после запуска — на связи ежедневно.
Первый разбор — ровно про эту услугу: почему пилот показали и на этом всё.
Технически работает, но в эксплуатацию не идёт: не сходятся ответственность, данные и критерии приёмки.
Регламенты и инструкции лежат в сетевых папках, ответ ищут по двадцать минут, устаревшая редакция хуже отсутствия.
Пилот показывал хорошее качество на отобранных кадрах, на потоке облёта результат оказался другим.
Заказчиков не называем — договоры это запрещают. Зато по каждой работе написано, что изменилось у людей после сдачи и чем это проверяется на приёмке.
Сорок минут созвона: что за пилот, кто его делал, на каких данных работает и что мешает запустить. По итогам назовём объём аудита, цену и срок. Если проще переписать — скажем и это.
Да, это обычный случай. Нужны исходники и доступ к данным, на которых он работал. Первое, что делаем, — разбираемся, что уже сделано; предлагать переписать с нуля, не прочитав чужой код, было бы нечестно.
Диагностика — одна-две недели. Доработка — от двух до девяти недель в зависимости от того, что именно мешает. Плюс две недели работы на живом потоке до приёмки.
Да, иначе диагностика превращается в гадание. Доступ просим по минимуму и на время работ, NDA подписываем до его получения. Копий у себя не оставляем.
Гарантировать это нельзя — реальность меняется. Можно сделать так, чтобы деградацию было видно: контрольная выборка, регулярный замер на ней, отслеживание распределения входных данных и доли спорных ответов, сигнал при выходе за порог.
Так и нужно. Сначала ограниченная группа на живых данных, потом расширение. Это дешевле и позволяет остановиться, если качество не устроило.
Аудит пилота — от 200 000 ₽ с фиксированной ценой и сроком, вычитается из следующего этапа. Доработка — от 400 000 ₽, точная сумма считается по списку блокеров, который вы получаете на руки после аудита.