Заявки и письма разбирают руками
Сотрудник читает письмо, ищет контрагента в базе, заводит карточку в CRM и пересылает ответственному. Работа повторяется десятки раз в день и однообразна ровно настолько, чтобы в ней появлялись ошибки.
ИИ-агент отличается от чат-бота тем, что совершает действия: заводит сделки в CRM, готовит документы в 1С, разбирает и отправляет письма. Поэтому в проекте главное не модель, а границы: какие права у агента, где его действие подтверждает человек, что попадает в журнал и как отменить сделанное. Агента собираем в вашем контуре, права и ключи выдаёте вы, исходники остаются у вас.
Обследование — 200 000 ₽, 2–3 неделиПрава, подтверждения и откат — с первого дняРаботаем в вашем контуре
Сотрудник читает письмо, ищет контрагента в базе, заводит карточку в CRM и пересылает ответственному. Работа повторяется десятки раз в день и однообразна ровно настолько, чтобы в ней появлялись ошибки.
Реквизиты из письма и вложения переносят в 1С и CRM вручную. Ошибку в одной цифре находят на сверке, а не в момент ввода.
Позиции, цены и остатки берутся из нескольких мест. Подготовка черновика занимает больше времени, чем решение о том, что в нём менять.
Срочное не отличить от справочного, ответственного определяют по памяти сотрудника, а напоминания о сроках никто не ставит.
Чат-бот пересказывает базу знаний, а заявку всё равно заводят руками. Нужна система, которая доводит дело до записи в учёте, а не до ответа.
Служба ИБ справедливо спрашивает, что именно агент может сделать в 1С и CRM. Ответом должны быть таблица прав и журнал, а не обещание.
Чат-бот отвечает, и худшее, что он может сделать, — ответить неверно. Агент действует: меняет статус сделки, создаёт документ, отправляет письмо. Ошибка агента — это уже изменённая запись в учёте, а не плохой текст. Поэтому проект строится не вокруг выбора модели, а вокруг четырёх вещей:
Различие между ботом, агентом и скриптом разобрано в статьях «Чем ИИ-агент отличается от чат-бота» и «RPA, скрипт или ИИ-агент». Если задача на самом деле решается интеграцией по API или обычным скриптом, мы так и скажем на обследовании: агент там не нужен, а проект выйдет дешевле.
Условная разметка по типовым процессам. Реальные границы проводим на обследовании, по вашим данным и цене ошибки.
Чем выше уровень, тем дороже ошибка и тем раньше ставится человек. Подробно — в статье «Как ограничить ИИ-агента: права, подтверждения и откат».
Цены — по тарифам. Точная цена названа только у обследования, дальше вилки: они сужаются по мере уточнения требований. Обследование вычитается из следующего этапа.
Один-два процесса — 200 000 ₽. Если затронуто несколько систем — 350 000 ₽. На выходе: карта процесса, матрица действий агента, требования к правам и журналу, план по этапам, вилка бюджета. Документом можно пользоваться без нас.
Агент читает и готовит черновики, ничего не записывает в боевые системы. 150 000 – 400 000 ₽. Работает на ваших данных, на выходе — протокол испытаний на отложенной выборке.
Запись в CRM и 1С по матрице действий, подтверждения, журнал, лимиты, аварийный выключатель. 400 000 – 1 200 000 ₽. На выходе — интеграция с боевыми системами и регламент эксплуатации.
Опытная эксплуатация на реальном потоке, приёмочные испытания, обучение сотрудников, передача исходников и инструкций. От 1 500 000 ₽ этапами по 300 000 – 700 000 ₽, у каждого этапа своя приёмка и право остановиться. Подробнее — вывод ИИ-пилота в продуктив.
20 000, 60 000 или 120 000 ₽ в месяц с названными часами и временем реакции. Часы сверх пакета — 5 000 ₽ в час, по согласованию до начала. Круглосуточного дежурства у нас нет.
Выбираем один процесс и снимаем его как есть: откуда приходит вход, какие системы затронуты, где ошибка дороже всего. Выгружаем реальные обращения и документы, составляем матрицу действий и список исключений.
Агент работает в теневом режиме: предлагает решения, но ничего не записывает. Его предложения сравниваются с тем, что сделал сотрудник; расхождения разбираются по группам причин.
Заводим отдельную учётную запись агента, выдаём права по матрице, включаем подтверждения, лимиты, журнал и аварийный выключатель. Сначала на тестовой копии базы, затем на боевой с узким потоком.
Агент работает на реальном потоке под наблюдением. Права расширяются только по результатам: если на уровне «черновик» агент ошибается, до уровня «записывает» он не доходит.
Приёмка по письменным критериям, согласованным до начала. Передаём исходники, настройки, тестовый набор ситуаций и инструкцию, по которой систему можно развернуть и остановить без нас.
Критерии и пороги записываются в акт до начала работ, а не после пилота.
Тогда любая ошибка или подмена инструкции во входном письме имеет доступ ко всей базе. Права выдаются узко и расширяются по результатам опытной эксплуатации.
Если человек подтверждает сорок записей подряд, не читая, контроль формальный. Показываем, что именно изменится, и следим, как часто подтверждения отклоняются.
Агент упирается в исключения, а решать их некому. Без названного сотрудника, который отвечает за правила и очередь исключений, пилот остаётся демонстрацией.
Матрица действий, отдельная учётная запись, подтверждения без формальности, идемпотентность, лимиты и аварийный выключатель.
Когда агент нужен, а когда хватит интеграции по API или скрипта. Критерии выбора и гибридная схема.
Условный разбор типовой задачи: где ломается занесение документов и как это проверяется на приёмке.
Короткий созвон: какой процесс хотите передать агенту, в каких системах он живёт, чем дорога ошибка. Скажем, нужен ли агент или хватит интеграции, и с какой ступени начинать.
Чат-бот отвечает на вопросы. RPA-робот повторяет заранее записанные действия и ломается, когда меняется интерфейс или формат входа. Агент понимает неструктурированный вход (письмо, скан, обращение), выбирает действие из разрешённого набора и обращается к вашим системам. Поэтому у агента на первом месте права, подтверждения и журнал. Если задача решается обычным скриптом, мы предложим скрипт.
Повторяемый, с понятным входом, ограниченной ценой ошибки и названным владельцем: разбор входящих заявок, черновики документов, сверка, первичная классификация обращений. Начинать с процессов, где ошибка необратима и касается денег, не стоит: сначала агент работает на чтении и черновиках.
Нет. Право физического удаления и доступ к платёжному контуру агенту не выдаются. Он может пометить запись на удаление или подготовить заявку на платёж, а решение принимает человек.
Каждое действие записано в журнал с входными данными и причиной. Для каждого типа действий заранее определено, чем оно отменяется: компенсирующей операцией, отменой документа или ручным исправлением. То, что откатить нельзя (например, отправленное письмо), выполняется только после подтверждения человека.
С 1С, CRM (amoCRM, Битрикс24 и другие), почтой и внутренними системами. Для 1С используем интерфейсы, доступные в вашей версии и конфигурации, какие именно, сверяем на обследовании. Версию CRM и доступные в ней методы API тоже уточняем до оценки сроков.
По умолчанию нет: модель работает на вашем сервере, журнал хранится у вас. Внешний API модели рассматриваем, только если ваша служба безопасности его разрешила, и фиксируем это в документе обследования.
Обследование — 200 000 ₽ за один-два процесса (350 000 ₽ при нескольких системах), лёгкий пилот — 150 000–400 000 ₽, тяжёлый пилот с действиями — 400 000–1 200 000 ₽. Вывод в продуктив — от 1 500 000 ₽ этапами, сопровождение — от 20 000 ₽ в месяц. Обследование вычитается из следующего этапа.
Процент автоматизации и экономию мы до замера не называем. Перед пилотом фиксируем метрики и пороги: доля обращений, обработанных без правок, доля пропущенных ошибок, доля переданных человеку. Проверяем на выборке, которая не участвовала в настройке, и результат вписываем в акт.
Да. Работа идёт ступенями, после каждой есть приёмка, и вы вправе остановиться. Пилот, который не прошёл критерии, — тоже результат: мы записываем, почему, и что нужно изменить, чтобы повторять попытку.
Мы в Ростове-на-Дону, работаем с заказчиками по всей России: удалённо и в вашем контуре. Доступ к системам и обследование согласуем на старте с вашей службой безопасности.