Первый просмотр съедает день
Юрист читает договор целиком, чтобы найти несколько условий, которые проверяет каждый раз: оплата, ответственность, срок, расторжение, подсудность. Остальное время уходит на то, чтобы убедиться, что ничего не пропущено.
ИИ для проверки договоров — это помощник юриста на первый проход: он читает договор и приложения, достаёт стороны, сроки, порядок оплаты, ответственность, расторжение и подсудность, сверяет их с чек-листом вашей компании и показывает отклонения со ссылкой на пункт и страницу. Умеет сравнивать редакции и готовить черновик замечаний. Работает на вашем сервере: договоры содержат коммерческую тайну и персональные данные, и наружу они не уходят. Решение по договору принимает юрист; система не даёт юридических заключений, не подписывает и не обещает найти все риски.
Обследование — от 200 000 ₽, 2–3 неделиКаждый вывод — со ссылкой на пункт и страницуДоговоры остаются в вашем контуре
Юрист читает договор целиком, чтобы найти несколько условий, которые проверяет каждый раз: оплата, ответственность, срок, расторжение, подсудность. Остальное время уходит на то, чтобы убедиться, что ничего не пропущено.
Какие формулировки компания принимает, а какие нет, знают один-два юриста. Отпуск или увольнение, и правила исчезают вместе с человеком, а новичок учится на ошибках.
Контрагент присылает файл «с учётом ваших замечаний». Правки без пометок находят случайно, а изменения в приложениях и таблицах часто не читают вовсе.
Срок оплаты в договоре отсылает к спецификации, а спецификация говорит другое. Расхождение видно только тому, кто держит оба документа в голове одновременно.
Сотрудник торопится и загружает договор в первый попавшийся сервис. Запрет без удобной замены не работает; о рисках и безопасной схеме — в статье «Можно ли загружать договоры в ChatGPT и облачные нейросети».
Краткое резюме договора без пунктов проверить нельзя, а подписывает человек. Нужен вывод, к которому можно перейти и прочитать источник, а не гладкий абзац.
Они записываются в критерии приёмки. Если какое-то из них вас не устраивает, лучше выяснить это на первой встрече.
Каждое извлечённое условие и каждое отклонение показывается с цитатой, номером пункта и страницей. Цитату проверяет программа: если её нет в тексте договора на указанном месте, вывод не показывается, а документ уходит юристу.
Система готовит материал: таблицу условий, список отклонений, черновик замечаний. Она не даёт юридических заключений, не подписывает, не отправляет контрагенту и не меняет документы в учёте. Единого «балла риска» по договору нет: число без объяснения прячет то, что не проверено.
Если условия в договоре нет, например не указана подсудность, система так и пишет. Она не додумывает его по типовому образцу. Отсутствие условия часто важнее его формулировки, поэтому оно попадает в отчёт отдельной строкой.
Чек-лист принадлежит вашей компании, его пишет и меняет ваш юрист, у него есть версии и владелец. Мы делаем так, чтобы правило можно было проверить на примерах, но не пишем за вас правовую позицию и не подставляем чужую.
Это основной состав извлечения. Точный список условий определяем на обследовании: он зависит от типа договора и от того, что важно вашему юристу. Даты и суммы пересчитывает программа, а не модель.
Договор — не плоский текст, а дерево пунктов, которые ссылаются друг на друга. Если превратить его в одну длинную строку и отдать модели, пункт 5.2 потеряется среди колонтитулов, а условие «в порядке, предусмотренном п. 7.3» потеряет адресата. Поэтому перед моделью стоит разбор структуры, и значительная часть инженерной работы приходится на него.
В документах Word номера пунктов нередко задаются автонумерацией: в тексте файла самих цифр нет, их рисует программа при показе. Если вытащить текст «как есть», пункты теряют номера, и ссылка «п. 5.2» указывает в пустоту. Номера восстанавливаются из структуры документа и проверяются на пропуски и повторы. В PDF и сканах номера лежат в тексте, но их ломают переносы, колонтитулы и пункты, разорванные границей страницы.
Ссылка «см. п. 5.2» разрешается в конкретный пункт, и его текст подкладывается к условию, которое на него ссылается. Если пункт не найден, ссылка помечается как неразрешённая, а условие идёт юристу. Это типичная беда договоров, которые правили несколько раз: нумерация съехала, а ссылки остались прежними. Человек замечает это, только если читает очень внимательно; система должна помечать каждую такую ссылку.
Договор определяет термины («Товар», «Рабочий день», «Приёмка») и дальше их использует. «Пять дней» в разделе об оплате означает разное в зависимости от того, как определён рабочий день. Определения собираются отдельно и подкладываются к условиям, где используются термины; если термин в тексте есть, а определения нет, это отдельная пометка.
Спецификации, графики платежей и перечни — таблицы. Из PDF таблица нередко извлекается как набор несвязанных строк, и цена оказывается не рядом с товаром. Для таблиц идёт отдельный разбор с проверкой итогов: сумма строк сравнивается с итоговой строкой, и при расхождении таблица уходит юристу вместе с изображением страницы. Приложения собираются в пакет вместе с договором и дополнительными соглашениями; система показывает, какие части найдены, а условие, которое определяется приложением, извлекается из приложения. Ввод первичных документов (счетов, накладных, УПД) в учётную систему — отдельная задача, о ней страница «Автоматическая загрузка документов в 1С»; здесь мы только читаем договор и ничего не записываем в учёт.
Для каждого вывода сохраняются страница и область на ней. Юрист по клику видит цитату рядом с фрагментом оригинала. Для сканов это принципиально: распознанный текст может отличаться от напечатанного. Цитата проверяется по распознанному тексту с допуском на ошибки распознавания, а юрист сверяет её с картинкой страницы.
Уровни вводятся по очереди: каждый опирается на предыдущий и сложнее принимается. Обычно начинают с первых двух, остальные подключают, когда юристы доверяют результату.
Оценка предварительная: на обследовании мы смотрим ваши реальные файлы. Для пилота берут один тип, где договоров много, а форма стабильна.
Чек-лист (в англоязычной практике его называют playbook) — документ, где записано, что компания принимает, что согласует с руководством, а чего не подписывает. У большинства он существует в виде привычек юриста и старых писем. Чтобы система могла его применять, позицию нужно записать так, чтобы каждое правило проверялось на примерах.
Правило состоит из нескольких частей:
Не всякую позицию можно записать правилом. «Сбалансированные условия» и «по обстановке» остаются юристу: система может показать условие, но не оценить его. Расплывчатые правила дают расплывчатые срабатывания, поэтому часть первой работы — вместе с юристом сделать правила достаточно точными. Конфликты между правилами выявляются на тестовых примерах до запуска, а не в первом боевом договоре.
Чек-лист подаётся модели как данные на каждый запрос, а не «вшивается» в неё дообучением: правку юриста видно сразу, а любое срабатывание можно объяснить конкретным правилом. Почему мы по умолчанию не дообучаем модель на ваших договорах, коротко разобрано в материале «RAG или дообучение LLM».
Договор — это цены, условия, реквизиты и часто персональные данные подписантов. Соглашения о конфиденциальности нередко запрещают раскрывать содержание третьим лицам, а передача текста внешнему сервису может считаться раскрытием: как это оценивать для вашей компании, решают юрист и служба безопасности. Мы убираем этот вопрос из схемы: модель, поиск и данные работают на вашем сервере, внешних обращений нет.
Права берутся из вашей системы: по подразделению, типу договора, уровню конфиденциальности. Применяются до того, как текст попал к модели, и распространяются на поиск и сравнение редакций, иначе сравнение стало бы способом увидеть чужой договор. Проверяем отдельным прогоном из-под каждой роли.
В файле, присланном контрагентом, может быть что угодно, в том числе текст, похожий на указания модели, или скрытый текст (например, белым по белому). Для разбора это данные, а не команды: у модели нет инструментов и права записи, её ответ принимается только в заданной структуре и проверяется кодом. Механика атаки разобрана в статье «Что такое prompt injection».
Договор уходит юристу с пометкой, если скан плохого качества, ссылка не разрешилась, цитата не найдена в тексте, приложение не приложено, модель не уверена или тип договора не поддерживается. Порог выбирается на отложенной выборке: строгий даёт юристу больше работы, мягкий пропускает больше ошибок. Начинаем со строгого и ослабляем по результатам; принцип — в статье «Порог уверенности модели».
Кто и когда загрузил документ, по каким версиям чек-листа, разбора и модели он проверен, что показано юристу, что он принял, отклонил или исправил. Журнал сам содержит чувствительные данные, поэтому у него свои права доступа и срок хранения.
Договоры, индекс и журнал лежат на ваших серверах; срок хранения и порядок удаления задаёте вы. Отдельным тестом проверяем, что удалённый договор исчезает из индекса. Копии в резервных хранилищах остаются вопросом вашего регламента резервного копирования.
Заранее сказать, «насколько точно» система проверит ваши договоры, нельзя: это зависит от форм, сканов и от того, что для вас считается ошибкой. Поэтому качество измеряется на выборке, а критерии записываются в акт до начала работ.
Способы измерения по полям и защиту от выдуманных значений подробнее описывают материалы «Как измерить точность распознавания документов» и «OCR или LLM для распознавания документов».
Цены — по тарифам. Точная цена только у обследования, дальше вилка, которая сужается по результатам. Остановиться можно после любой ступени.
Выборка договоров по типам и форматам, список условий, важных юристу, первые правила чек-листа, оценка качества сканов, требования к контуру и доступам, вилка бюджета. Вычитается из следующего этапа.
Если в схеме участвуют система документооборота, учётная система, почта, несколько типов договоров и подразделений: добавляются матрица прав, схема обменов и источники истины по документам.
Извлечение условий и сверка с чек-листом на одном типе, например на договорах поставки. Очередь «показать юристу», журнал, протокол испытаний на отложенной выборке. Работает параллельно с ручным просмотром.
Несколько типов договоров, сравнение редакций, черновик замечаний, роли и права, интеграция с системой документооборота, регламент эксплуатации.
Опытная эксплуатация на реальном потоке, приёмочные испытания на эталонной выборке, обучение юристов, передача исходников и чек-листа. Этапы по 300 000 – 700 000 ₽ со своей приёмкой.
Обновление чек-листа и типов договоров, повторный замер на эталоне после смены модели или правил, обращения. Пакеты 20 000 / 60 000 / 120 000 ₽ в месяц; работы сверх пакета — 5 000 ₽ в час.
Собираем выборку договоров по типам, форматам и качеству, фиксируем условия, которые важны юристу, и вместе с ним записываем первые правила чек-листа. Смотрим сканы, уточняем контур, доступы и системы вокруг. На выходе список условий, черновик чек-листа, оценка качества документов, требования к контуру и вилка бюджета.
Юрист размечает эталонную выборку, часть которой остаётся отложенной. Мы замеряем базовое качество извлечения и разбираем ошибки по причинам: скан, структура документа, формулировка, правило.
Система работает на ваших договорах параллельно с обычным просмотром. Юрист сравнивает результаты, в журнале видно, что попало в очередь и почему. Правила и пороги уточняются по реальным расхождениям, на выходе протокол испытаний на отложенной выборке.
Подключаем следующие типы договоров, сравнение редакций и черновик замечаний, интеграцию с системой документооборота. Передаём исходники, чек-лист, выборку и инструкцию. Сопровождение у нас, у другого подрядчика или своими силами: решаете вы.
Какие риски у коммерческой тайны, соглашений о конфиденциальности и персональных данных и как выглядит безопасная схема.
Три подхода к распознаванию, измерение точности по полям и проверки, которые ловят выдуманные значения.
Девять групп проверок для ассистента, поиска по документам и агента: права, ввод, вывод, журналы, тестовый набор атак.
Сорок минут созвона: какие типы договоров у вас идут потоком, в каком они виде, есть ли чек-лист и кто его ведёт. По итогам скажем, с какой ступени начинать.
Нет, и мы так не проектируем. Система делает первый проход: достаёт условия, сверяет их с чек-листом, показывает отклонения и готовит черновик замечаний. Юридическую оценку, переговорную позицию и решение подписывать принимает юрист. Система не обещает найти все риски: она проверяет то, что извлекается и записано в чек-листе, а остальное остаётся за человеком.
Каждый вывод привязан к цитате, номеру пункта и странице. Программа проверяет, что цитата действительно есть в тексте договора на указанном месте; если нет, вывод не показывается, а документ уходит юристу. Условие, которого в договоре нет, отображается как «не найдено», а не восстанавливается по образцу. Выдуманные значения отдельно считаются на эталонной выборке.
Работает, но сканы читаются хуже текстовых файлов. Сначала идёт распознавание с оценкой уверенности по страницам; страницы с низкой уверенностью, печать поверх текста, сильный наклон, рукописные правки и плохие фотографии уходят юристу вместе с изображением страницы. Какая часть вашего архива читается приемлемо, видно по выборке на обследовании.
Новая редакция сопоставляется с предыдущей по структуре пунктов и по тексту, а не по пометкам контрагента: показываются добавленные, удалённые, изменённые и перенесённые пункты, включая приложения, и всегда рядом дословная разница. Если пункты перенумерованы, сопоставление идёт по смыслу, а сомнительные пары помечаются для юриста.
Чек-лист принадлежит вашей компании и ведётся вашим юристом: правовую позицию за вас мы не пишем. Наша работа — оформить позиции в правила, которые можно проверить на примерах: условие, допустимые границы, запасная формулировка, примеры срабатывания. Чужой готовый чек-лист без пересмотра вашим юристом использовать не стоит.
Договор остаётся на вашем сервере, права доступа применяются до обращения к модели, у каждого вывода есть пункт и страница, а проверка идёт по вашему чек-листу, а не по общему запросу. Можно ли загружать договоры во внешние сервисы, зависит от соглашений о конфиденциальности и условий конкретного сервиса; это решают ваш юрист и служба безопасности.
Роли и права берутся из вашей системы и применяются до того, как текст попадёт к модели, в том числе при поиске и сравнении редакций. Проверяем отдельным прогоном из-под каждой роли: пытаемся получить чужой договор. Журнал фиксирует, кто что открывал.
Обычно можно, через интерфейсы вашей системы: загрузка файла, получение статуса, возврат результата. Что именно доступно, зависит от системы и её версии, это выясняется на обследовании. Записывать что-либо в учёт без подтверждения юриста система не будет; на пилоте результат лежит в отдельном интерфейсе.
По тарифам: обследование одного-двух типов договоров — 200 000 ₽ и 2–3 недели, нескольких систем — 350 000 ₽ и 3–4 недели; цена точная и вычитается из следующего этапа. Лёгкий пилот на одном типе договоров — 150 000 – 400 000 ₽, 2–8 недель; тяжёлый пилот с несколькими типами и интеграцией — 400 000 – 1 200 000 ₽, 2–3 месяца. Сопровождение — от 20 000 ₽ в месяц. Итоговую вилку называем по результатам обследования.
Мы в Ростове-на-Дону, работаем с заказчиками по всей России: удалённо и в вашем контуре. Доступ к документам и обследование согласуем на старте с вашей службой безопасности.