Регламенты лежат в нескольких местах
Приказы, инструкции, формы согласий и протоколы разбросаны по сетевым папкам, документообороту и бумажным папкам отделений. Время уходит не на чтение, а на выяснение, какая редакция действует.
ИИ для медицинской организации у нас — это работа с документами, а не с пациентом. Система находит действующую редакцию регламента, читает бланки, сортирует обращения и отвечает сотрудникам по внутренним документам со ссылкой на источник. Модель стоит на сервере организации и работает вокруг вашей МИС, не заменяя её. Диагностику и рекомендации по лечению мы не делаем: любой вывод проверяет человек, а качество измеряется на вашей выборке документов.
Обследование — от 200 000 ₽, 2–3 неделиДанные пациентов не покидают контур организацииНе диагностика и не МИС: документы, поиск, обращения
Приказы, инструкции, формы согласий и протоколы разбросаны по сетевым папкам, документообороту и бумажным папкам отделений. Время уходит не на чтение, а на выяснение, какая редакция действует.
Направления, анкеты и согласия приходят сканом или фотографией с телефона. Поля переносят руками, и ошибка в одной цифре потом ищется неделями.
Письма пациентов, запросы организаций и жалобы читает один человек и раскладывает по отделам. Срочное теряется.
Администратор задаёт одни и те же вопросы старшим коллегам: где форма, кто подписывает, какой срок хранения. Знание есть, доступа к нему нет.
Система работает с документами и текстами организации, а клинические решения принимает врач. Всё, что требует регистрации как медицинское изделие, остаётся за пределами работы.
Сведения о здоровье пациента — одна из самых чувствительных категорий данных, и требования к ним записаны в политике безопасности самой организации.
Внешний программный интерфейс облачной модели годится для открытых данных: расписание приёма, описание услуги. Для документов с фамилиями пациентов, диагнозами и номерами карт он чаще всего не подходит по требованиям заказчика: текст уходит за пределы организации, а срок хранения и круг лиц у стороннего сервиса вы не определяете. Поэтому основной вариант у нас один: модель, поиск и хранилище работают на ваших серверах. Сравнение вариантов — в статье «Своя LLM или ChatGPT API».
Состав оборудования называем на обследовании, по выборке документов и числу пользователей. Варианты: сервер в вашем машинном зале, оборудование у выбранного вами хостера или изолированная сеть без выхода в интернет. Как это устроено технически, описано на странице «Развернуть LLM на своём сервере» и в разборе «Как развернуть LLM в закрытом контуре».
Правовые вопросы обработки данных пациентов решает юрист заказчика. Мы даём технические меры, которые можно показать проверяющему: где лежат данные, кто имеет доступ, что записано в журнал.
Заготовка для разбора: на ваших документах строки будут другими, вопросы теми же.
Для клиники важнее не прочитать поле, чем прочитать его неверно. Система строится вокруг этого правила.
Неверно прочитанная дата рождения или номер полиса не ломает отчёт, а привязывает направление не к тому человеку. Поэтому каждое поле получает оценку уверенности, и порог задаётся по полю, а не один на весь бланк.
Оцифровку бумажного архива считаем отдельной задачей: качество сканов определяет результат сильнее, чем модель. Общий подход — на странице «Распознавание документов и ввод данных в учёт», метрики — в статье «Как измерить точность распознавания документов».
Мы не меняем МИС и не пишем в её базу. Связь строится через то, что поставщик системы разрешает и поддерживает.
Сотрудник видит только те документы, которые открыты ему в исходной системе. Ограничение применяется при отборе фрагментов, до передачи текста модели.
Кто спрашивал, какие документы использованы, какой был ответ. Журнал защищается правами и сроком хранения, а не становится новым хранилищем персональных данных.
Для проверки качества берём документы без идентификаторов пациентов. Что убрать из набора, решаем с ответственным за данные.
Перед запуском проверяем, что запросы и документы не покидают сеть, а попытка получить закрытый документ без прав заканчивается отказом. Подробнее — на странице <a href="../audit-bezopasnosti-ii/">аудита безопасности ИИ-системы</a>.
Цены совпадают со страницей «Тарифы». Остановиться можно после любой ступени.
Один сценарий (поиск по регламентам или бланки), источники, права, оборудование, критерии приёмки. На выходе вилка бюджета и план этапов. Вычитается из первого этапа.
Документооборот, МИС, файловые хранилища и бланки вместе: схема обменов, матрица источников и прав.
Один сценарий на ваших документах в вашем контуре, протокол испытаний на выборке. Лёгкий пилот.
Поиск, бланки и разбор обращений вместе, чтение из системы документооборота, запись результата через интерфейс поставщика. Тяжёлый пилот.
Опытная эксплуатация на всех отделениях, обучение сотрудников, регламент обновления реестра и порогов, передача исходников.
Мониторинг, обращения, разбор ошибочных ответов, пересчёт качества после смены документов. Сверх пакета — 5 000 ₽ в час.
Инвентаризация документов, владельцы каталогов, реестр редакций, права, оборудование. Выясняем, где данные в порядке, а где нужна уборка.
Вместе с сотрудниками собираем вопросы с эталонными ответами и выборку бланков. Фиксируем, что считать ошибкой, до написания кода.
Один сценарий в закрытом контуре на подготовленных данных. Показываем работающую версию тем, кто будет ей пользоваться.
Прогон по выборке, проверка прав и отсутствия внешнего канала. Результат записывается в протокол.
Запуск в одном отделении, затем в остальных. Первый месяц разбираем журнал раз в неделю.
Новые сценарии по этапам с отдельной приёмкой.
Если редакции не помечены, а у каталогов нет владельца, первые недели уходят на упорядочивание. Это самая частая причина, по которой вилка уезжает вверх.
У каждой системы свой способ доступа, свой владелец и своё согласование с поставщиком. Каталог файлов стоит заметно дешевле, чем документооборот с правами по подразделениям.
Рукописные поля и фотографии с телефона требуют больших выборок и более строгих порогов, чем печатные бланки.
Изолированная сеть без выхода в интернет добавляет работы на подготовку и на обновления.
Если задача сводится к поиску по базе знаний с ответом и источником, основа системы описана на странице «ИИ-ассистент по документам и базе знаний», а принципы построения поиска — на странице «RAG-системы на заказ». Медицинская специфика здесь: реестр редакций, пороги по полям бланков, проверка прав.
Если основная нагрузка — потоки сканов и ввод данных в учётную систему, смотрите интеллектуальную обработку документов. Для юридического и кадрового отделов подойдёт ИИ для юристов и HR.
Если пилот прошёл, дальше — вывод ИИ-пилота в продуктив. Разбор типовой задачи с теми же ограничениями — «Поиск по регламентам и распознавание бланков в клинике, без МИС».
Какие задачи вокруг существующих систем решаются без выхода данных за пределы организации и где проходит граница с клиническими решениями.
Риски внешних сервисов для документов с ограниченным доступом и безопасный вариант.
Выборка, метрики по полям и пороги: как считать ошибку, чтобы число было честным.
Сорок минут созвона: какие документы, где лежат, кто с ними работает и что считать ошибкой. По итогам скажем, с какого сценария начинать и в какую вилку это укладывается.
Начинаем с обследования: 200 000 ₽ и 2–3 недели за один сценарий, 350 000 ₽ и 3–4 недели, если систем несколько. Лёгкий пилот — 150 000–400 000 ₽, тяжёлый — 400 000–1 200 000 ₽. Вывод в эксплуатацию — от 1 500 000 ₽ этапами по 300 000–700 000 ₽. Обследование вычитается из первого этапа.
Нет, и мы такие системы не делаем. Для них нужны регистрация и сертификация как медицинского изделия, которых у нас нет. Система работает с документами и текстами организации: ищет, читает бланки, сортирует обращения. Клинические решения принимает врач.
Нет. Система работает рядом: читает файлы и документооборот, а запись в учётную систему идёт через интерфейс, который разрешает ваш поставщик, либо файлом для ручной загрузки. К государственным системам здравоохранения не подключаемся.
Модель, поиск, индекс и журнал работают на серверах организации или у выбранного вами хостера. Запросы и документы не уходят во внешние сервисы, это проверяется перед запуском отдельным тестом. Персональные данные граждан России обычно должны храниться на серверах в России.
На выборке ваших документов. Сотрудники записывают реальные вопросы с эталонными ответами и указанием документа, мы считаем долю найденных верно и отдельно проверяем случаи, когда ответа нет. Для бланков считаем верно прочитанные поля по группам. Права и отсутствие внешнего канала проверяются отдельными тестами.
Для поиска она отвечает «не нашёл» и показывает ближайшие документы. Сомнительное поле бланка идёт регистратору с исходным значением рядом и не попадает в учётную систему до подтверждения. Порог задаётся по каждому полю на вашей выборке.
Организация и её юрист: основание обработки, согласия пациентов, статус оператора. Мы даём технические меры: разграничение доступа, журнал, хранение внутри контура. Юридических консультаций не оказываем и аттестацию не проводим, лицензии ФСТЭК у нас нет.
Вам. Исходный код лежит в вашем репозитории с первого коммита, настройки, индекс и журнал — на ваших серверах. Результат передаётся по акту, порядок передачи прав записывается в договоре, открытые компоненты остаются под своими лицензиями.
Мы в Ростове-на-Дону, работаем с заказчиками по всей России: удалённо и в вашем контуре. Доступ к системам и обследование согласуем на старте с вашей службой безопасности.